Самба [СИ] - Павел Матисов

— У вас есть законы?

— Это человеческое выражение. Устои, правила, традиции, называйте, как хотите.

— Ясно. Итак, нападали ли вы на других аякаси с целью… съесть их?

— Нет, нет, нет, нет…

— Сопля на ножках, как ты смеешь лгать милорду?! — прошипела бакэнэко, выпуская уши.

Аякаси на поляне развернулись в сторону гусеницы, после чего медленно стали пятиться подальше от нее. Кроме камня. Сомневаюсь, что он был способен передвигаться.

— Пощадите, господин! Он просто такой вкусный был, я не удержался! — пропищала гусеница.

— Химари, что за наказание получают каннибалы?

— Смерть, милорд. Но как по мне, не стоило со всеми ними церемониться. Им только дай шанс, младенца из люльки утащат и обглодают до костей.

— Ты можешь гарантировать, что они так поступят?

Аякаси с тревогой ожидали решения бакэнэко.

— Нет. Не могу, милорд.

— Хорошо. Иначе я бы усомнился в твоем рассудке, ко…

Мои слова прервал бросок длинного сегменчатого тела. Но Ясуцуна оказалась намного быстрей. Один замах, и половинки твари падают на землю. Секунда, и от гусеницы не осталась и следа, кроме еле заметного фиолетового пятна на траве. Остальные аякаси напряглись.

— Что ж, правосудие восторжествовало, я полагаю, — голос слегка дрожал. Все-таки я мало что мог сейчас противопоставить таким монстрам. — Остальные свободны. Можете жить в этом парке, если не будете мешать людям. И подумайте над моим предложением. Если среди ваших знакомых есть сильные и разумные аякаси, передавайте им мои слова о вступлении в клан. Булыжник-сан, дикобраз-кун, колобки, кляксы, всего доброго.

— Киннарохороботтчи.

— Что?

— Мое имя — Киннарохороботтчи, экзорцист, — произнесла каменюка.

— Приятно познакомиться… Киннаро-сан.

Когда страшная парочка из молодого экзорциста и печально известной среди духов бакэнэко удалилась, аякаси некоторое время даже не шевелились, словно не веря, что страшная участь миновала.

— Мизучи, ты стравила нас с экзорцистом, загнала в ловушку, — грозно проскрипел голос камня.

Остальные духи опасливо заозирались по сторонам, выискивая невидимку.

— Что, прожилки трясутся, каменный зародыш?

Буквально со всех сторон слетелись многочисленные водные капельки, образовав силуэт маленькой девочки в просвечивающем платьице. Зеленые мокрые пряди липли к голове и шее, а красные глаза с вертикальным зрачком насмешливо буравили собеседника.

— Разве не тебя совет духов послал расправиться с экзорцистом, мизучи?

— Меня никто не посылал. Я сама вызвалась, нано.

— И ты решила ослабить его для начала, согнав духов в парке своими водными барьерами?

— Ты слишком низкого мнения обо мне, Киннарохороботтчи. Я бы успела вмешаться, если бы он решил напасть. Здесь, вблизи источника воды, у Амакава с кошкой не было ни единого шанса. И слишком высокого о себе — ваши атаки не нанесли бы Багровому клинку ни царапины.

— Почему тогда ты не атаковала его? Ответь мне, мизучи!

— Меня заинтересовали его слова, нано.

— Ты опытная аякаси, а все ведешься на лживые речи экзорцистов.

— Это мое решение.

— Одумайся! Когда Амакава войдет в силу, даже тебе с ним не справиться, водный дух! Он наденет на тебя ошейник, посадит на цепь и заставит убивать себе подобных!

— Не заставит-сс, — прошипела девочка, высунув длинный раздвоенный язык. — Я изучу его, и, когда придет время, нанесу удар прямо в сердце!

— Так почему другие кланы не используют аякаси? Много их кстати?

— Великих кланов двенадцать — тех, кто что-то представляет из себя в Японии. Не умеют обращаться с аякаси, вот и не выходит дружбы. Не то, что у нас с вами, милорд.

— И это все объяснение? Ясно же как божий день, что сильные демоны могут стать хорошими союзниками.

— Не ведомо мне, милорд, простите.

— Почему вообще люди и аякаси враждуют?

— Сложные вопросы, задаете. Я ведь обучалась искусству меча, да сражениям против аякаси. Еще в чайной церемонии разумею. Не объяснял мне дед Ген историю. Может, потому что многие аякаси считают людей пищей?

— Кстати, что там с моей просьбой?

— Исполнила я все, как вы и хотели. Я оставила Айю дом охранять.

— Будем посмотреть, — протянул я в стиле известной медийной личности. Правда, на японском смысл менялся, ну да у данной фразы и на русском вряд ли имелось много смысловых оттенков.

— Доброго дня, Амакава-сама. Меня зовут Айя, я фугурумо-йоби, дух конверта.

На заднем дворе дома ответствовала передо мной юная худощавая девушка с ярко-голубыми волосами, стальными глазами, в длиннополом белом платье с широкими рукавами. Весьма миленькая, но даже по фантастическим меркам данного мира выглядит странновато.

— Рад приветствовать тебя в моем доме. Будешь ли ты верно служить мне, как моему деду раньше?

— Клянусь, Амакава-сама, в верности вам и роду Амакава, — без каких-то эмоций произнесла аякаси.

— Прекрасно, — мысленно я потирал руки. — Химари, я так понимаю, артефактная мечница с высокой скоростью. Чем ты можешь быть полезна в сражении?

— Эм-м. Простите Амакава-сама, Химари мне рассказала про ваше требование, но боюсь я малопригодна для боя. Я могу достаточно быстро перемещаться и доставлять послания.

— Химари?

— Больше я никого не знаю. Кайя почти бесполезна вне особняка.

— А как же Гинко? — влезла Айя.

— Гинко защитить милорда не сможет! Эта тупая псина!

— Айя? — вопросительно уставился я на дух конверта.

— Гинко — дух волка. Намного сильнее меня, но слабее Химари. Гинко хорошо умеет отслеживать других аякаси, охотников или магов.

— Химари? — перевел взгляд на кошку, чуть склонив голову.

— Эта блохастая волчица только воду баламутит. От нее пользы никакой!

Я продолжал молча глядеть на раздраженную аякаси, отчего она словно вся сникла:

— Виноватая я. Простите меня, милорд. Гинко стоило позвать первой. Просто ей тяжело вдали от леса.

— Ладно. Я рад, что ты признаешь свои ошибки. Вызови волчицу сюда, у меня для нее будет задание. У тебя телефон есть, кстати?

— Не треба мне сие, милорд.

— Как ты с Ноихарой тогда связываешься? Через Айю?

— Генноске-доно оставил мне амулетов разовых для связи. Но поскольку осветить новые некому, скоро они окончатся.

Я переводил взгляд с брюнетки на… кхм… голубинку и обратно. Руки так и чесались. Быстро забежав в свою комнату, вытащил из дальнего угла тумбочки пустой ежедневник. Даже память Юто не могла подсказать, кто его подарил. Парень так ни разу не воспользовался им, а выкинуть пожалел. Нашел ручку и вернулся обратно к аякаси, с любопытством ожидающих меня снаружи. Зря я, наверное, все это затеял. Скорее всего в Ноихаре есть подробная картотека. Ну да фиг с ним. От дублирования информации никому хуже не станет.

— Окей. Кто такие аякаси?

Девушки озадаченно переглянулись.

— А кто такие люди, Амакава-сама?

— Резонно. Каких видов бывают аякаси?

— Вельми множество их, милорд.